Поколение беби-бумеров — те, кто родился в период с 1946 по 1963 год — готовит для своих наследников настоящий «красивый» кризис. Как сообщает Bloomberg, американские коллекционеры оставляют после себя гораздо больше произведений искусства, чем рынок способен поглотить. Проблема не только в избытке шедевров, но и в том, что будущие владельцы зачастую просто не знают, что с ними делать, а возможности превратить холсты в наличные деньги крайне ограничены.
Масштабы проблемы поражают. Если рассматривать лишь те объекты, которые реально могут сменить владельца на вторичном рынке, то, согласно прогнозам Deloitte, в ближайшее десятилетие через аукционы и галереи пройдет искусство на сумму около 1 триллиона долларов. Но вот парадокс: покупателей и музеев на такой поток работ просто не хватит.
Филипп Хоффман, основатель и глава Fine Art Group — компании, которая консультирует семейные офисы по вопросам арт-коллекций, — видит корень проблемы в отсутствии планирования. Его фирма курирует около 350 коллекций в 28 странах, и в большинстве случаев преемники даже не обсуждали судьбу имущества. Более того, многих из них искусство и вовсе не интересует.
По мнению Хоффмана, главная ошибка совершается еще на этапе формирования коллекции. Сами коллекционеры редко задумываются, нужны ли эти полотна их детям.
Из всех семей, с которыми я работаю, лишь пять или шесть действительно размышляли об этом
Многие владельцы живут в приятной иллюзии, полагая, что для наследников семейные реликвии станут главным сокровищем. На деле же следующее поколение ищет совсем другие смыслы и акценты.
Рынок крайне сегментирован. Продать коллекцию без особых потерь могут лишь наследники «элиты из элит» — 0,1% самых богатых людей планеты, чье состояние превышает 100 миллионов долларов. По оценкам Хоффмана, в мире насчитывается около 1000 коллекционеров с активами в 1 миллиард долларов и более 3000 — с коллекциями от 100 миллионов. Если предположить, что такие смены владельцев происходят каждые 30 лет, то в среднем мир будет сталкиваться с двумя крупными наследствами в неделю.
За такими «гигантами» охотятся крупнейшие аукционные дома вроде Sotheby’s. Однако для большинства других наследников крупные аукционные площадки будут крайне избирательны: если вещь не стоит миллионов, тратить ресурсы на ее реализацию дому нет смысла.
Другой путь — передача в дар музеям — тоже не является панацеей. Современные музейные фонды и так переполнены: экспонатов в хранилищах гораздо больше, чем залов для экспозиции. Музеи готовы принимать только настоящие шедевры, и зачастую это «пожертвование» требует серьезных вложений. Розмари Рингвальд из Bank of America поясняет, что страхование и содержание коллекции обходятся институциям крайне дорого. Часто музеи просят дарителей сопровождать передачу картин денежным фондом.
Яркий пример — Рональд Лаудер, который передал Метрополитен-музею коллекцию австрийского и немецкого искусства XX века стоимостью 1 миллиард долларов. Его желание сохранить экспозицию в историческом особняке на 86-й улице потребовало колоссальных затрат. Чтобы покрыть расходы на содержание, 27 дарителей (не считая анонимных лиц) выделили около 200 миллионов долларов.
К этому добавляется фактор «уходящей моды». В отличие от поп-культуры, мир искусства не живет только сиюминутными трендами, но галереи все же ориентированы на новых художников. Наследникам часто достаются работы, которые когда-то были революционными, а сегодня стали лишь бледной тенью былого величия.
Олег Собчук из Института эволюционной антропологии Макса Планка отмечает, что искусство — это зеркало эпохи. Любое появление новых медиа, будь то новые техники или цифровые форматы, создает разрыв, меняя восприятие. Это не значит, что цифра убьет живопись, но интерес к модернизму неизбежно снижается.
При этом сам процесс смены поколений идет медленно. Пока одни распродают старое, другие продолжают скупать новое. На аукционах Sotheby’s Мадлен Лисснер отмечает, что покупатели старше 60 лет по-прежнему доминируют на рынке. Коллекционирование не прекращается и в 80, и в 90 лет.
Ситуация осложняется тем, что нынешние беби-бумеры еще в самом расцвете сил: самым старшим из них в этом году исполнилось лишь 80 лет. И даже через десятилетие в США останется около 30 миллионов представителей этого поколения, которым будет еще не более 70 лет. Проблема «избыточного искусства» — это вызов, который нам еще только предстоит пережить.
Опубликовано: 2 августа 2026, 16:23 | Время чтения: 3 мин | Теги: bloomberg, беби-бумеры, искусство, наследство, коллекционеры
