Ситуация на Ближнем Востоке напоминает затянувшийся патовый сценарий: и США, и Иран демонстрируют готовность к дальнейшему обострению, но при этом ни одна из сторон не обладает ресурсами для достижения окончательной и решающей победы. Подобный вывод делают эксперты, опрошенные изданием The Wall Street Journal.
Наблюдаемое сегодня движение в сторону эскалации выглядит пугающе, но лишенным четких ориентиров. Алан Эйр, американский дипломат, имеющий опыт участия в переговорах с Тегераном, в беседе с журналистами прямо заявил, что у администрации США на данный момент отсутствует внятная стратегическая концепция. По его мнению, текущие действия не ведут к конкретному финалу.
С другой стороны, военная мощь США не является «волшебной палочкой», способной решить проблему. Хамидреза Азизи, научный сотрудник Германского института международных отношений и безопасности, подчеркивает, что даже применение Дональдом Трампом маломощного ядерного оружия против иранских подземных ядерных объектов не принесет желаемого эффекта. Такой шаг станет лишь «символическим ударом по режиму», но не изменит коренным образом расстановку сил. Как отмечает эксперт, обе стороны, похоже, уже достигли того предела, за которым возможности применения военной силы исчерпаны.
Тем не менее, у Ирана остается козырь в рукаве — пространство для маневра через своих союзников. Ярким примером стал инцидент 20 июля, когда йеменские хуситы объявили о начале морской блокады Саудовской Аравии и пригрозили судоходству в стратегически важно Баб-эль-Мандебском проливе, соединяющем Красное море с Индийским океаном.
Хуситы, удерживающие контроль над значительной частью Йемена, включая столицу Сану, выступают ключевым союзником Тегерана. Хотя они стараются не вступать в конфликт напрямую, их роль критична: группировка снабжается оружием и поддержкой со стороны Корпуса стражей исламской революции (КСИР). WSJ предупреждает: если атаки на суда в Баб-эль-Мандебском проливе станут регулярными, Иран получит мощнейший инструмент для экономического давления на США и их партнеров.
История нынешнего противостояния уходит корнями в февраль 2026 года, когда начался открытый военный конфликт. Попытка достичь мира в июне закончилась провалом — перемирие продержалось всего несколько недель, после чего боевые действия возобновились с новой силой. С середины июля Центральное командование вооруженных сил США (CENTCOM) ежедневно докладывает о новых волнах авиаударов по территории Ирана. Цели Вашингтона — военная инфраструктура и объекты КСИР, а также защита коммерческого судоходства в Ормузском проливе. Тегеран отвечает зеркально, атакуя американские военным базы на Ближнем Востоке и возлагая всю ответственность за эскалацию на США.
Ранее, весной, аналитики New America, в частности Адам Барон, указывали на крайне деликатную задачу, стоящую перед Саудовской Аравией и США: необходимо было предотвратить полноценное вступление хуситов в войну. Риски были колоссальными — вовлечение йеменской группировки могло по цепочке втянуть в конфликт Египет и Суэцкий канал, а также поставить Саудовскую Аравию на грань полномасштабной войны.
Сегодня открытие нового фронта уже стало реальностью, и это наносит тяжелый удар по мировой экономике. Эксперты по Ближнему Востоку полагают, что решение хуситов вмешаться в процесс продиктовано двумя факторами: уверенностью в том, что они способны противостоять давлению со стороны Эр-Рияда, и острой необходимостью поддержать Иран, оказавшийся под массированным ударом американской авиации.
Опубликовано: 25 июля 2026, 19:32 | Время чтения: 2 мин | Теги: иран, сша, ближний восток, эскалация, конфликт
